В сборнике карело-финских лирических песен «Кантелетар» («Гуслярка»), выпущенного в позапрошлом стогодии Элиасом Лённротом (собирателем, обработчиком и отчасти автором «Калевалы») есть тоскливая, полная отчаяния «Работа кузнеца»:

Если б были кузнецами
мой отец иль брат иль дядя
попросил бы я их сделать
из похмельной драки сани,
из тяжелой ссоры бричку,
из прямых наветов вожжи,
из мирских раздоров сбрую,
из людских скорбей уздечку,
из несчастий недоуздок,
да хомут из бабьих сплетен,
да седло из сельских толков;
из забот я б создал лошадь,
из тоски кобылу злую,
и на них бы я поехал
колесить по белу свету,
сирота и горемыка,
укатил бы я в Россию,
может, там и отдохнул бы
от злоречья и наветов.
Если б что и говорили,
если б русский стал и славить,
он по-нашему не знает,
он болтал бы по-чужому.

Удивительно перекликается чухонская народная песнь с настроениями лермонтовского «Прощания с Россией» и воззрениями определенного слоя «людей, думающих о России». Под всей небесной твердью хорошо только там, где нас нет, ибо там, где мы есть нам уже плохо. Хреново мне, братец, хреново…

#ПК_этнография