«П o л и т и к. ...Что такое русские — в грамматическом смысле? Имя прилагательное. Ну а к какому же существительному это прилагательное относится?

Д а м а. Я думаю, к существительному человек: русский человек, русские люди.

П о л и т и к. Нет, это слишком широко и неопределенно. Ведь и папуасы, и эскимосы — люди; но я не согласен считать своим существительным то, что у меня общее с папуасом и эскимосом.

Д а м а. Однако есть очень важные вещи, которые общи всем людям: например, любовь.

П о л и т и к. Ну, это еще шире: как могу я признать своею специфическою сущностью любовь, когда я знаю, что она свойственна и прочим животным, и даже всякой твари?

Г [ - н ] Z. Да, дело сложное. Я вот человек кроткий, так в любви я гораздо более солидарен с каким-нибудь белым или сизым голубем, нежели с черным маврой Отелло, хоть и он тоже человеком называется.

Г е н е р а л. Ну, в известном возрасте всякий благоразумный мужчина солидарен с белыми голубями.

Д а м а. Это еще что такое?

Г е н е р а л. Это каламбур не для вас, а для нас с его высокопревосходительством».

Владимир Соловьёв – «Три разговора о войне, прогрессе и конце всемирной истории».

#ПК_цитата