Невелик ум обмазаться тибетскими монахами или петь осанну членокруту с берегов Ганга. Европейское общество, уязвлённое материалистическим складом ума, во второй половине ХХ-го века привило в родных краях непонятных, но вроде бы духовных личностей. Но увлечение Далай-ламой или секуляризированной йогой – это унылый new-age. Тогда как очевидно, что обмазываться нужно не беззубым дедом с высохшей ногой, а Иваном Васильевичем Бушило, скрывавшимся в лесах от советской милиции больше сорока лет.

Иван Бушило родился в 1922-ом году на юго-западе нынешней Беларуси в деревеньке Бостынь. Лебединый год для славянской молодёжи был роковым – ей было предназначено потерять родителей в репрессиях, а себя в войну. В 1944-ом Бушило попал в РККА, да не куда-нибудь, а в армию самого Жукова. Награждён солдатскими «За отвагу» и «За боевые заслуги». Первая с пометкой: «За то, что он 23.04.1945 г. при уничтожении окруженной группировки юго-восточнее Берлина первым ворвался в траншею противника и уничтожил 4-х немецких солдат». Вторая за то, что под перекрёстным огнём бегал за патронами для своего пулемёта, а после убил одного и пленил ещё одного противника.

Вернувшись с войны, молодой парень мало чего боялся, ещё бы – выжил в жуковской пехоте, так что ему местные обнаглевшие чекисты? С ними у Бушило и случился конфликт в 1947-ом году. Когда парень возвращался с лесоповала, то к нему пристали два пьяных чинаря: участковый и заезжий НКВД-шник, которые стали оскорблять Георгия Жукова. Маршал уже находился в сталинской опале и травить его было можно. Бушило вступился за бывшего командира и то ли избил, то ли просто обматерил НКВД-шника. Тот в ярости пообещал сгноить ветерана в лагерях.

Тем же вечером Иван Бушило, хоть и слыхом не слыхивал про Эрнста Юнгера, ушёл в лес. Там он просидел с 1947 по 1989, то есть сорок два года! И ушёл не зря, потому что чекист выполнил свою угрозу. Бушило искали, даже с собаками прочёсывали окрестные леса, но беглеца так и не нашли. А Бушило набил соломой старый мешок, уволок его на остров среди гиблой белорусской топи и пролежал на нём пару десятков лет, безмятежно слушая радио. Беглец кушал грибы, дичь, соорудил жилище, иногда выходил к отдалённым хуторам, чтобы подзаработать и приобрести деталь к радио.

Милиция наведывалась к родственникам бегуна, а он всё лежал да лежал на своём мешке и слушал передачи по радио. Бушило вообще было не оторвать от новостей, всё ждал дед чего-то. Родственники оставляли в условленном месте газеты, так что скрытник всегда был в курсе происходящего. Едой помогали и сельчане. Бушило почти не болел, иногда только мучаясь зубной болью. Как описывают родственники в 60 лет Бушило мог зубами 64-килограммовый мешок муки поднять и пройти три шага туда-обратно. Так и тянулась жизнь отшельника средь белорусских болот, где медленно переваривались немецкие и партизанские косточки. Года складывались в десятилетия, а Бушило и не думал возвращаться к людям, полагая, что его до сих пор ищет милиция.

В начале 80-хх, после тридцати лет лесожительства, Бушило всё-таки стал наведываться к родственникам, которые понемножку уговорили его вернуться к «нормальной» жизни. Начиналась перестройка, о том, что было в конце 40-ых никто и думать не хотел, и в 89-ом Бушило поддался. Он вышел в мир и получил паспорт СССР. До этого, как настоящий, архетипичный бегун, Бушило никаких документов не имел. Но даже с комфортом обосновавшись в миру, лесовик постоянно наведывался в лес, где порой снова оставался жить. Умер странник Иван Бушило в 1994-ом году, незадолго после того, как не стало государства, которое его когда-то преследовало.

Перед смертью Бушило затосковал по родному болоту и ульям, которые он там умудрился поставить. Он всё чаще ходил в лес, а возвращаясь оттуда, вздыхал: «Вот ходил в лес под елкой хоть полежал. Раньше около меня синицы скакали, а теперь все боятся».

Такая вот прекрасная и грустная славянская жизнь.

#ПК_статья #ПК_герой