Когда исламисты прикончили хохотунов-журналистов из «Charlie Hebdo», то в ответ французское общество запустило акцию «Je suis Charlie», что можно перевести, как «Я Чарли». Миллионы жителей западного мира поддержали этот лозунг, отчего сильно удивились жители мира не западного. Патриотическая общественность начала возмущаться, почему в Европе нет лозунгов «Je suis Donbass»? Украинцы замутили свой карго-культ и попытались протолкнуть акцию в память погибших в автобусе под Волновахой. Не нужно и говорить, что всем плевать.

Либералы привычно позубоскалили, что это наши проблемы, чего же европейцам выказывать солидарность? Мы сами должны выходить на миллионные митинги и бомбардировать Твиттер. Но тогда почему за дюжину французских журналистов вступился весь цвет мировой политики и «культуры», даже безумный тролль Чарли Мэнсон, а за пару тысячей жителей Донбасса – Иосиф Кобзон? Задайте себе вопрос, а может ли то, что происходит сегодня на Украине, происходить в Вандее или Бретани? Конечно нет, потому что там люди, первый сорт, которые ценны даже в единичном экземпляре, а смерти на Украине – статистика.

И негодовать здесь может только недалёкий человек. Либерализм очень расистская идеология, расистская, конечно, не в биологическом смысле, а в «культурном», цивилизационном. Есть мы, свободные европейцы, эталон и добро, а есть несвободные Остальные, не люди и зло, которое требует уничтожения. Почти каждая колонка на «Эхе Москвы» об этом. На Западе не будет по погибшим на Востоке никаких массовых памятных акций, потому что, как бы не убеждали себя депутаты Рады или российские оппозиционеры, европейцы вас за своих не считают.

Дохните, воюйте, выпускайте друг другу кишки – всем плевать, хоть сожгите под Волновахой целый автопарк.

#ПК_мысли