Герой девяностых.

Им стал не бандюган в малиновым пиджачке и не гламурная звезда, похожая на взбитые сливки, а простой русский парень в вязаном свитере с широким горлом. Данила Багров ворвался в Россию на исходе смутной эпохи, когда казалось, что принципы и идеалы – это для смешных дурачков в будёновках.

Багрову слегка за двадцать, он скромен и улыбчив, и хотя побывал в чеченской мясорубке, тихонько шутит по этому поводу: «Да писарем в штабе отсиделся». Отсутствие бахвальства, нарочитой крутизны делает Данилу слегка чудаковатым. Он контрастирует со временем, когда происходило первоначальное накопление статуса. Есть в парне юродивые черточки, вроде знакомства с бездомными или глаз цвета питерского неба. Простота, отрешённость, спокойствие оттеняют внутреннюю бурю, которая рвёт и мечет в человеке, пережившем распад страны и войну. Оттого Данила жесток, но жесток за правду, справедливость. Он убивает не из-за садистских наклонностей, а за «други своя».

«Не брат ты мне, гнида черножопая» - после этих слов Багрова признала братом, как молодёжь, так и старшее поколение. Герой издревле сражается со злом, которое в данный исторический промежуток приняло облик южан и рэкетиров. Сражается один, не находя поддержки ни у родственников, ни у любимой женщины. Грустные песни последней волны русского рока лишь тому подтверждение. Багров приходит в серый город, как чужак и немножко варвар. Ему понятней зимняя степь, куда он в итоге и уезжает. Город определяет Багрова как инородное тело, и молодой человек разделяет боль целого поколения, пытающегося раствориться в бетонном мраке с помощью алкоголя и наркотиков. Мы тоже, как и Багров, чужие для мира менеджеров и наглых торговцев. Но если ему хватило мужества смастерить огнестрел, то зритель в лучшем случае тоже купил арбуз.

Если герой девяностых вырисовывается сразу и имеет общенациональный масштаб, то кто стал героем нулевых? Ответ на самом деле немножко шокирует. Героя нулевых, как культурного типажа, не сложилось. Лишь пустота, патриотическая имитация. Ничего равного образу Данилы Багрова не возникло, отчего возможно он до сих пор и пользуется такой популярностью – вакуум надо чем-то заполнять. И то, что Сергей Бодров, исполнитель народного образа, погиб, причём погиб на Кавказе, очень символично. Герой, спустившийся к нам со вновь завоёванных гор, к счастью, ушёл. Почему к счастью? Потому что герой не только совершает подвиг, но в итоге погибает. Если же он остаётся жить, то становится шоуменом, звездой таблоидов, посредственным режиссёром и доверенным лицом президента. А это, согласитесь, гораздо хуже, чем смерть.

Герой погиб. Да здравствует герой!

Кто будет русским героем десятых годов? Годов страшных, костяных, наконец-то открывающих двадцать первый век? Календарно это года войн, революций, культурного взрыва. В приближающемся герое уже можно разглядеть знакомые черты Багрова, как-то не кичливость и жажда справедливости, но в нём обязательно проявится и нечто новое. То, что может преодолеть смутные времена именно нам, русским. Нужно прочувствовать коллективное народное ожидание и попытаться воплотить его в жизнь.

Там, где есть герой, будет и подвиг.

#ПК_статья