В полутёмной комнате сидели странные люди. На дальний угол навалилось оружие – никто его не стеснялся, подходи, бери что хочешь. Собравшиеся сидели за старым столом, где ножом было выковыряно: «Видна из Кремля вся советская земля». Стол притащили из президентского кабинета, зачем-то отодрали зелёное сукно, под которым и обнаружилась надпись, которая сразу многое прояснила.

– Как продвигается план по строительству бесплатных накаточных? – спросил бородатый человек у другого бородача. Вообще, в комнате почти все были бородатыми, поэтому выделить кого-нибудь было крайне трудно. Разве что на почётном месте возвышался молчаливый гигант с самой кустистой бородой.
– Всё идёт по плану.
– Все, кто хочет – разлагаются? – уточнил спрашивающий.
– Так точно.

Люди снова помолчали. Было ясно, что они чего-то ждут, поглядывая на молчащий вверху экран конференц-связи. Лишь один человек совершенно не волновался – опустив громадную, кустистую рыжую бороду на грудь, он молча глядел в одну точку. Казалось, ему всё было неинтересно – синий взгляд стремился куда-то через старый советский стол, через товарищей по оружию, через непробиваемую кирпичную кладку, прямо в неведомые дали, где жил Бог и души предков.

– А как продвигается строительство боевых перекати-поле?
– Очень хорошо! – отозвался мужчина в засаленном комбинезоне, – Европа занята борьбой с сорняками, которые наши агенты годами сеяли по всему континенту. Они перекатываются и сносят всё на своём пути, а борщевики губят буржуазное сельское хозяйство. Наша первая краснознамённая дивизия Перекати-Поля имени Иммануила Канта заканчивает комплектацию в Калининграде и ждёт приказов.

Дальше был знакомство с остальной повесткой дня. Оказалось, что министерством красоты, фасад которого украшал профиль Константина Леонтьева, заведовал одноглазый бритоголовый. В качестве мер по борьбе с виртуальностью куча пойманных порнозвёзд, секс-див, певичек и артистов, икон красоты и прочих обманщиков были отправлены на бесконечные картофельные поля под Екатеринбургом. Люди должны были отвыкнуть от стереотипов красоты и заново осознать то, что прекрасен не силикон, а девушка в платке и ломота в руках после долгого труда.

– Как продвигается борьба со Спектаклем?
– Гм… в обществе наблюдаются протестные настроения, особенно после того, когда нами были закрыты все подписки с цитатами во «Вконтакте». Молодёжь выходит на улицы и пишет на стенах.
– И что же пишет?
– Да как обычно: «Лол», «Я твою мамку ибал», «Затраллил сук(((99».
– Что же будет, когда мы отменим лайки!

Наконец, зажёгся экран над головами. Люди за столом засуетились и направили глазок камеры на молчаливого бородача. Свет оказался пригашен, и в темноте рыжая борода начала фосфоресцировать таинственным лавкрафтианским оттенком. Человек отчужденно уставился в камеру и продолжил молчать. На экране появилось лицо латиноамериканской женщины на фоне звёздно-полосатого флага.

– Здравствуйте, - поздоровалась она на испанском. Никто ей не ответил, лишь бородач смотрел президенту прямо в глаза и молчал.
– Здравствуйте, - повторила на английском женщина, - как президент Соединённых Штатов, чей народ уполномочил меня вести переговоры с революционной России, я хотела бы начать с того, что наши страны связывают давние отношения. При всех разногласиях между нашими государствами мы всегда относились с уважением к такой великой стране, как Россия. Нам не кажется продуктивным ваше недавнее обещание превратить целый континент в радиоактивный пепел. В начале ХХI уже был такой деятель, которого, если я не ошибаюсь, приговорили к высшей мере наказания.
– Да, - раздалось из темноты на английском, - мы отправили его на картошку. Пусть яйца Антихриста из земли выкапывает.
– Что? – переспросила женщина, но рыжий бородач по-прежнему молчал. Его вообще не волновало происходящее. Он лишь неотрывно смотрел в лицо президента и его глаза наливались космосом.
– В любом случае, нужно договариваться. В обмен на вашу договороспобсность и прекращение попыток дестабилизировать мир, мы, западное сообщество, могло бы помочь вам в инфраструктурных проектах, направить инвестиции в банковский сектор и поделиться определёнными технологиями, а также сообща развивать социальную сферу и гражданское общество. Уверена, что это бы всем пошло на пользу.

Бородач долго и неотрывно смотрел на лицо американского президента. Оно было смуглым, ещё со следами былой красоты – как-никак когда-то была мисс Америка, пока не решила отстаивать интересы латиноамериканского меньшинства, которое теперь уже стало большинством. Фосфоресцирующий молчальник долго играл желваками, о чём-то раздумывал, подсчитывал в голове возможные варианты, а затем сказал на русском:

– Значит так, – и наушник президента начал переводить исторически важное заявление, – берите ручку и записывайте. Я Вам скажу кое-что важное.

Латиноамериканка не пошевелилась, лишь недоумённо изогнула бровь. Но было слышно, как куча аналитиков, психологов, юристов, журналистов и специалистов по всему на свете за кадром зашуршали блокнотами и защёлкали планшетами. То, что скажет бородач, будет анализироваться лучшими умами Америки, дабы она могла понять с кем имеет дело. Не могут же они быть такими конченными сумасшедшими?

Бородач ещё больше зафосфоресцировал, на глазах стал разлагаться на плесень и липовый мёд, его тело начало растворяться в потоке черноты и лишь глаза блистали, как два прожектора. Глядя в пустоту, мужчина заговорил:

– Мухоморы начинают расти с середины августа. Лучше всего они образуют микоз с берёзой. За мухоморами нужно идти ранним утром, после дождичка в четверг. Собирайте только шляпки, потому что в ножке сильная концентрация иботеновой кислоты. И ещё я хочу рассказать Вам о скопчестве…

Из темноты, где блестело оружие и голодные русские глаза, послышался сдавленный, но отчётливый смех.

#ПК_творчество