Даже пристальный взор на жизнь и творчество Маги Найта вызывает вопрос – он просто поехавший постмодернист, пытливый исследователь, для которого процесс важнее результата или маргинальный угарщик? Мага Найт один из самых странных, непредсказуемых и искренних американских литераторов, успевший поссориться со всеми мусульманскими сообществами в США. В общем, «интересная ты личность». При этом он бахтианец, с явной насмешкой над авторитетами и вниманием к продуктам американской массовой культуры – таким как комиксы, хип-хоп и реслинг. При этом, для него нет различий между высокой и низкой культурой, он их ставит на одну полку.

Майкл родился в штате Нью-Йорк, его дед был проповедником церкви пятидесятников, отец был членом банды байкеров, шизофреником и алкоголиком, мать была ирландкой-католичкой. Среди его предков по отцовской линии так же были офицеры армии конфедератов. Мальчонке явно светила судьба реднека и белого дьявола, но он все-таки становится racetraitor’ом. В 13 лет слушая популярную в то время группу Public Enemy (по статистике 90% слушателей рэпа в Америке – белые подростки) он решается прочитать автобиографию Малколма Икса, написанную совместно с Алексом Хэйли, после чего принимает ислам. В 17 лет он уезжает в Пакистан и поступает в университет при мечети Фейсаля. В это же время он общается с талибами в медресе и собирается поехать на джихад в Чечню. И неизвестно, как сложилась бы его судьба, ведь парень мог подорваться на минах в Грозном или оказаться очередным белым талибом в Афганистане, но учебу он бросает и вновь оказывается в Америке.

Здесь он поступает в колледж, живет среди панков на сквотах, разочаровывается в традиционном исламе и начинает сотрудничать с ресурсами либертарных прогрессивных мусульман. За короткое время он зарабатывает репутацию гонзо-журналиста, провокатора и успевает рассориться практически со всеми движениями. В последствие, это становится его постоянной традицией – он постоянно с кем-то ссорится, кого-то провоцирует и устраивает дерзкие выходки.

К началу нулевых годов смешав с грязью всех кого только можно, он посылает подальше даже либертарных муслимов. Майкл пылает ненавистью к официальным мусульманским структурам в США, считая их такими же постно-елейными, как и официозное фундаменталистское христианство. Он заявляет о полном отречении от религии, попутно выпуская первую книгу – «Где мулла страшится ступать» с сильными антиклерикальными мотивами. Книга позднее будет запрещена в Сингапуре. Злой и раздосадованный, после шокирующих событий 11 сентября, долгими зимними вечерами он пишет вторую книгу – «Taqwacores». Майкл, теперь уже официально Майкл Мухаммад, как заправский эскапист уходит в мир собственных фантазий, выдумав окружение, в котором ему было бы комфортно среди панков-мусульман.

Книга, выпущенная накануне вторжения в Афганистан и Ирак, вызывает оторопь даже в привыкшей ко всему контр-культурной американской тусовке. Ведь это казалось вовсе несовместимым. Майкл сходится с группой панков-пакистанцев Kominas, которые нашли в его романе много личного, так вымысел становится явью. Найт набирает популярность среди молодой, неудовлетворенной мусульманской молодежи (в основном детей иммигрантов) и понемногу начинает возвращаться в ислам. В 2008 году он собирает несколько групп с ярлыком таквакор и устраивает панамериканское турне, о его похождениях снимают документальный фильм, затем в 2010 году экранизируется его роман. После чего все кроме Коминас перестают ассоциировать себя с понятием таквакор. Однако угарами Найт не ограничивается – параллельно с продолжением «Таквакорщиков» он пишет несколько книг, получает магистерскую степень и защищает кандидатскую по исламоведению.

Если очертить круг его социологических интересов, то получается, что Майкла интересуют психоделические религиозные опыты, американские секты и поиски новой идентичности. Ничего не напоминает? С другой стороны, Найт толераст, либертарианец и анархо-раздолбай, но нужно понимать, что он рос в определенной среде и скорее всего ему хочется избавиться от прошлого, которое его тяготит, о чем он пишет в своих воспоминаниях «Невозможный человек». Об употреблении наркотиков и поисках трансцендентного он пишет в книге «Триппуя с Аллахом», что упрочивает его скандальную репутацию.

Вместе с тем полевые исследования Майкла гораздо интереснее, так в специфическом для американской литературы жанре дорожного романа «Голубоглазый Дьявол. Одиссея Американского Мусульманина» он пытается выяснить, не был ли белым основатель чернокожей доморощенной секты Нация Ислама, Мухаммад Фард Уоллес. Фигура очень загадочная, скорее всего не негр, а полинезиец или европеоид. Попутно он проехался по деятелям всего американского мусульманского истеблишмента, от лояльных к власти Буша «Muslims for America», до всех либертарных и прогрессивных реформаторов, будь они белыми, черными или коричневыми. Майкл на волне успеха первых книг продолжает исследовать зарождение исламских сект в Америке. Он пишет о Храме Мавританской Науки Америки, Нации Ислама и даже становится то ли в шутку, то ли всерьез членом отколовшейся от Нации Ислама «Нации Богов и Земель», более известных как «Нация пяти процентов». Вообще тема сектантства в Америке невероятно интересна, например пятипроцентники это фактически негритянское хлыстовство – они провозгласили что каждый черный и есть Аллах, а каждая черная женщина есть Мать-Земля. Да и вообще мировоззрение этих сект это такая эклектика и умопомрачительная чушь, рядом с которой долбославские писания Ахиневичей-Трехлебовых не выглядят чем-то абсурдным. Тут вам и колеса Иезекииля (круглолеты числобога), и древние расы Шабазза (славяно-арии с Плеяд), и высшая математика с алфавитом, где A означает Аллах.

Спекуляции на спекуляциях, и заговоры внутри заговоров.

Приняв имя Азраэл Уисдом (Азраил Мудрость) он тщательно исследует это религиозное сообщество в рамках постмодернистской социологии и философии и пишет о них две книги. Затем он разрывает с ними отношения, сказав, что они так же недалеко ушли от остальных в своей глупости, хотя от них он многому научился. Далее он пишет книгу «Путешествие на край ислама» (с отсылкой к Луи-Фердинанду Селину), где повествует о возвращении в Пакистан, похождениях по Ближнему Востоку и Африке, хадже в Мекку. В течении всех поездок он сопоставляет между собой разные практики и догматы, ереси и традиции, посещает суннитские мечети, шиитские молельни с самобичеваниями и суфийские радения с плясками и музыкой, при этом рассматривая ислам не как догму, а как живую и подвижную систему. Так он делает вывод о том, что иранский шиизм это чисто персидское явление, в пакистанском исламе процветают все возможные виды суфизма, выросшие на индийской почве, а американский суннитский ислам начинается именно с черной Нации Ислама, а не с белых теософов Александра-Мухаммада Рассела Вебба.

И, наконец, последние работа называется «Почему я салафит» где Майкл говорит о субъективном подходе к исламу как религии, придавая решающее значение семиотической интерпретации исходных текстов. В целом, при ближайшем рассмотрении сквозь едкую ухмылку дурашливого постмодерна просвечивает юродивый, потаенный ислам с суфийскими искусствами, дервишскими скитаниями по Третьему миру, пускай и с примесью декадентства и битничества.

[#alias|vk.com/wall-60854067_26052|vk.com/wall-60854067_26052] - кинокартина по роману Майкла Мухаммада Найта.

#ПК_статья #ПК_этнография