Порой люди думают, что как только они найдут работу, девушку или своё призвание, так всё сразу и образуется. Вечное ожидание, как в фильме «Пустыня Тартари», откладывает жизнь на потом. Тогда как единственное, что по-настоящему нужно встретить на своём пути – это Бог. А он, как известно, в правде. Идеал правды важнее идеологий и политических партий. Правда – она обо всём и для всех. Особенно правда важна для русских.

Этому есть причины. Правда понятие не детерминированное, в неё нельзя вложить объективное, юридическое содержание, которое было бы схвачено точной формулировкой. Это попросту невозможно, потому что правда, как и всё абсолютное, невыразима. А т.к. Россия страна весьма коррумпированная, юридически отсталая, нечестная, со слабой традицией демократии и местного самоуправления, то здесь правду до сих пор предпочитают закону. Последний не опознаётся, как то, что может установить справедливость, отчего вся надежда, как и во времена варягов, только на мифическую Правду.

К слову, как на Руси появился первый зафиксированный свод письменных законов, т.н. Русская Правда? Суть не в названии, ведь была и Салическая Правда, индоевропейская Махабхарата, Правда декабриста Пестеля, и куча других правд. Дело было в начале XI века в Новгороде, где сидел сын Владимира Святославовича Ярослав, которого позже нарекут Мудрый. Ярослав решил побороться за киевский трон и начал междоусобную войну, для чего нанял варягов. Варяги – это нечто вроде северных кавказцев, которые вели себя также, как сегодня ведёт себя часть южной молодёжи. Древнерусские летописи просто пестрят сообщениями о подлых убийствах, нечестивых разбоях и насилии, творимых северянами на службе у князей. Прибыв в Новгород по старой привычке: «начали варяги насилие творить на мужатых жёнах», отчего местный люд восстал и перебил чужеземцев. В свою очередь Ярослав Мудрый перебил восставший народ, но вынужден был принять «Русскую Правду». Та обозначала самые жестокие наказания как раз за исконное варяжское ремесло – разбой, поджоги, конокрадство и прочий сопутствующий грабёж. То есть уже с самого первого появления Правды на русской земле она связана с борьбой с бесчестьем и насилием.

Философ Семён Франк полагал, что русские больше всего мучились и больше всего томились следующим вопросом: «Как переделать мир, чтобы осуществить в нем абсолютную правду и абсолютный смысл?». Или вот Николай Бердяев: «Русская нелюбовь к идеям и равнодушие к идеям нередко переходят в равнодушие к истине. Русский человек не очень ищет истины, он ищет правды, которую мыслит то религиозно, то морально, то социально, ищет спасения. В этом есть что-то характерно русское, есть своя настоящая русская правда». Следовательно, Правда понималась не только как нечто бытовое («Твоя правда», «Он говорит правду» и т.п.), но как основание бытия к которому и нужно вернуться. Причём это не просто отвлечённая конструкция, но факт, ставший одним из оснований русской мысли. Правду искали народники и Достоевский, а их противник Победоносцев считал, что Правда лучше демократии, потому что она понятие всеобщее, абсолютное, тогда как демократия говорит всего лишь о большинстве. Поэтому идеальное государство с точки зрения совиного Победоносцева должно было быть основано на Правде. И если спускаться вниз, прямо в толщу народную, там Правда имела ещё более сакральное значение. Вот хотя бы один из вариантов стиха из «Голубиной книги»: «Это не два зверя собиралися, Не два лютые собегалися, Это Кривда с Правдой соходилися, Промежду собой бились-дрались, Кривда Правду одолеть хочет. Правда Кривду переспорила. Правда пошла на небеса К самому Христу, Царю Небесному; А Кривда пошла у нас вся по всей земле, По всей земле по свет-русской». Атаман Иван Колесников, поднявший антибольшевистское восстание, писал на красных знамёнах: «Да здравствует солнце правды!», а его противники-коммунисты позже назовут свой официальный орган не иначе как «Правдой».

Так что к извечным русским вопросам «Кто виноват?» и «Что делать?» следовало бы добавить и «Где Правда»? Действительно, где? Равна ли правда, скажем, истине? Ведь на бытийном уровне правда часто сливается с понятием истины, хотя это не совсем так. Первым это выразил народник Михайловский, который ещё в 1870-х написал: «Всякий раз, как мне приходит в голову слово "правда", я не могу не восхищаться его поразительною внутреннею красотою. Такого слова нет, кажется, ни в одном европейском языке. Кажется, только по-русски истина и справедливость называются одним и тем же словом и как бы сливаются в одно великое целое». И если рассуждать с мистико-религиозной позиции, то это так, и не важно, что правда – это просто достоверное положение, а истина – единственно верное. Мы ведь не о правде, а о Правде. С большой буквы и с большими чувствами. Иначе можно расколоться, как пепельница (в ней три бычка «Беломора») и распасться на правду рабочую, правду женскую, правду подростковую… нет, это грубый утилитаризм, где каждому своё, тогда как нужно по Розанову: «Лишь там, где субъект и объект - одно, исчезает неправда».

Вот и нам бы хорошо раствориться в Правде. Не зря в русской традиции получила распространение практика правдоискательства. Князь Мышкин, пьяненькие герои Шукшина, глыбы, катящиеся в котлован Платонова, всякие странники и бунтари, взыскующие Солнца Града. Куда ни копни, хоть атеиста (Бакунин), хоть марксистов (Горький), хоть мистиков (Владимир Соловьёв) – всем правды подавай. Да не поместной, чтобы можно было забор подпереть, а всеобщей, даже всечеловеческой. Потому что стыдно жить чем-то половинчатым, что может обхватить только самого себя, тогда как надо и синь сосущую к долу пригнуть, и последнего нищего приголубить, и даже преступника на самом деле тоже нужно понять и простить. Потому что Правда одна для всех. Для каждого. Когда она будет найдена, то перестанет быть только лишь русской, а передастся всем. Даже если увидеть Правду хотя бы издалека, также, как виден утром краешек солнца, встающего из-за горизонта, то и этим кусочком можно весь мир осветить. Поиски Правды – это не менее глобальная, духовно-альтернативная идея, нежели коммунизм или исламизм. Это реально то, чем можно заниматься всю жизнь и не найти вообще ничего. Но, как говорится: «Я хотя бы попытался». Правдоискатели встречаются среди поэтов, писателей, фронтовиков, скромных людей о которых никто ничего не знает и никогда не узнает (они самые честные и давно Правду нашли), но чётче всего правдоискательство проявляется в фигуре юродивого. Прекрасно об этом спел Егор Летов в песне «Ходит дурачок»:

Ходит дурачок по лесу,
Ищет дурачок глупее себя.
Ходит дурачок по лесу,
Ищет дурачок глупее себя.

Ходит-бродит, то в лужу бултыхнётся, то ножку подвернёт. Горбатые плечи держат столько же, сколько держали атланты, а дурачок ещё успевает птичкой любоваться. Маленькая птичка тоже о Правде поёт, да куда точнее, чем любой популярный бард. Только выкинув из головы таблицу умножения можно прикоснуться к Правде, как к нравственному императиву русского человека. Ведь чем архаичнее народ, чем меньше он подвергся модернизации, тем больше он взыскует нечто запредельное. Настанет день и Правда обязательно восторжествует. Воскреснут все русские правдоискатели, сгинувшие на войнах и в болотах, чтобы снова погреться в Её лучах. И Беловодье разольётся по всей земле, и все памятники Гагарину сразу улетят в космос, и умирать не нужно будет, потому что зачем же умирать, когда только впервые и стало по-настоящему интересно?

Кстати, вот русский-русский… прямо оскомину набило. Сейчас этакая мода на русскость, пихают оную везде где можно. А кто такие русские? Что это такое? Народ европейского происхождения, принадлежащий к определённой культуре и стремящийся обрести политическую субъектность? Берёзки и кружка молока? Ну да, быть может. Но возможно русский – это тот, кто, не задумываясь, отправится вместе с Иванушкой-дурачком сражаться за Правду. Просто так, без всякой рефлексии. По первому зову генерала-кукушки. Потому что только дурачок в нынешних временах может прикоснуться к Правде, а она, как известно, есть Бог.

#ПК_публицистика