«– Мы должны изменить современную Японию. Только мы сумеем построить новое будущее. Даже если ничего не удастся – я хочу оставить хоть какое-то свидетельство своей жизни!
– Снова ты со своим свидетельством! О чем ты! Устройся в какую-нибудь фирму, работай там всю жизнь, а после этого тебе останется только умерет».

Рецензии на второй фильм Хирокадзу Корээда «После жизни» часто сводятся к выводам, что «эта история заставляет задуматься о моментах нашей жизни» или «это кино интересно такими искренними и трогательными человеческими историями, понятными каждому из нас».

По сути, клишированные параметры, которые составляют основу отзывов практически о любом фильме, худо-бедно затрагивающем вопросы человеческого существования. Но всё-таки в работе Хирокадзу Корээда большего внимания заслуживает предложенная режиссером концепция вечного бытия – ужасная концепция, при которой бессмертная душа сама будет не рада своему бессмертию. И вот тогда окажется, что истории далеко не у всех искренние и трогательные. И что задумываться особо и не о чем. Потому что ничего и не было.

Вот жил-поживал какой-нибудь среднестатистический Ямамото сан, видел в своей жизни только стены своего учреждения и вереницу бумаг, да надеялся, что хоть там, за чертой корпораций и унаги маки, ждёт его что-то великое... Но нет. Раз отдал свою жизнь на служение учреждению – отдай ему и свою смерть.

После смерти все попадают в потусторонний департамент. Становятся в очередь за талончиком. Потом проходят комиссию и погружаются на неделю в загробную бюрократию. На выходе каждый усопший должен выбрать из своей жизни всего одно воспоминание, которое он с собой заберет в вечную жизнь, позабыв обо всем остальном.

Перспектива, конечно, безрадостная. Но куда безрадостнее тот факт, что людям-то, оказывается, и вспомнить о себе нечего. Как у Псоя Короленко пелось: «Жил-был человек, работал, устал. Лег в постель, поспать хотел, а после и не встал». Вот и вся судьба. Душа мяконько от тела отлепилась, а вот куда лететь – неведомо. Куда ей возноситься, если высокого ничего при жизни не было? Да что там высокого – просто человеческого. Что вспомнить, что унести с собой в вечность? Вот и после долгих томлений один из таких героев, грустный Ватанабэ сан, признаётся:

«Пока я не попал сюда, был уверен, что в моей жизни всё идёт как надо, что я по-своему счастлив. Но теперь, оглядываясь назад, я чувствую, что мне чего-то не хватает. Образование так себе, работа так себе, брак так себе, и на пенсию так себе вышел. Всё было так себе, не более того».

А ведь так хотелось прожить удивительную, яркую жизнь – главное, не похожую на другие! Чтоб пестрела воспоминаниями – выбирай, не хочу. Но не тут-то было. Прямо по паланниковской затасканной цитате – все вы повторимы и все это не про вас. И жизни до смешного повторимы. Вот молодая японка называет лучшим воспоминанием за все свое земное бытование поездку в Диснейленд. Ей нравится вновь и вновь погружаться в день, когда она ела блинчики и каталась на горках в городе мультяшек.

Только за прошедший год она уже тридцатая, кто готов стереть всю свою жизнь, чтобы в вечности помнить только о Микки Маусе и «Splash Mountain». Тридцать человек после смерти захотели отправиться в Диснейленд! Ну и ну. Конечно же, развлекаться на аттракционах не порок. Но выбрать это в качестве свидетельства всей своей жизни – право, чересчур.

Но были и те люди, кто не помнил о своей жизни ничего стоящего. Вот они и составили трудовой коллектив загробного учреждения – принимают пополнение, оформляют бумаги, конструируют чужие вспоминания. Они – вечные труженики своего учреждения. А что? Ничего толком не прожил – тогда толком и не умирай. И копайся в чужих «свидетельствах жизни», которые спустя 50-70 лет могут довести до точки. «Боже, как я устал! Я не создан для этой работы, но ею занимаюсь!», – восклицает после очередного клиента уставший от работы мёртвый японец. Мёртвый. Уставший от работы. После очередного клиента. Большего издевательства над усопшим и его бессмертием, чем Хирокадзу Корээда, никто, наверное, и не придумал. Даже после жизни у японцев складывается всё по полочкам, по коробочкам, по дням и часам. По вторникам и пятницам. И даже статистика отправленных на тот свет ведется – на прошлой неделе была группа из восемнадцати человек, а значит, хорошо поработали, коллеги.

Так что, «После жизни» – это история о мёртвых людях, не вспомнивших ничего примечательного о своей судьбе, и по долгу загробной службы пытающихся вытянуть воспоминания у других мертвых людей. «Я могу выбрать, но не хочу», – устало повторяют некоторые герои. Нет, ты не можешь. Потому что тебя не было.

Вот и всё. В чьих-то волосах птицы сплетут гнезда, а кого-то просто пожрут черви. Ну, а погибнешь, умрешь или сдохнешь зависит от того, как пожил – тут уж все просто. Все равно карты откроются после. Кто уйдет в небытие зная, что гонял воздух по своим легким не зря, а кто-то будет помнить, как ел в Диснейленде блинчики.

#ПК_фильм