Есть особенная доблесть в том, чтобы молчать. Это потом обязательно зачтётся. Ведь говорят все и говорят настолько много, громко, что за вавилонским шумком не слышно тех, кто говорит по делу. Вот поэтому лучше сесть в стороночке и помолчать. Кто-то из великих сказал: «Я грешил в каждом своём слове, но ни разу в своём молчании». Причём молчание – это не «смолчать», потому что промолчать – это когда тебе хочется смолоть чепуху, но ты потерялся, приуныл, испугался. Вертелось что-то на языке, а плюнуть забыл. Или не посмел. Молчание же предполагает осознание того, что всё уже изречено, и ты это знаешь. Действительно, а что ещё можно сказать? Люди обычно только повторяют, но хуже, чем в оригинале. Вот, как здесь. Это не шутки. Любое хорошее дело обесценивается излишним говорением. Хвастовством можно загубить даже самое большое добро, потому что ясно становится – не из широты душевной делал, а чтобы гордыня возликовала. Да вы и сами всё прекрасно слышите – говорят дома, на работе, на улице, в искусстве. Сплошной бу-бу-бу по любому поводу. Это ещё в школе началось – спросят вдруг ученика, тот секунду-другую собирается с силами, а девочка из-за первой парты, не дождавшись, уже взвизгнула правильный ответ. Хотя, казалось бы, кто тебя спрашивал? С тех пор начинаешь осваивать важнейшее искусство молчания. Ведь что в жизни ценится? Что тайну чужую не раскрыл, что не выдал врагу секретов, что не сплетничал, не судил, не наговаривал. И любовь тоже – молчание. Как вместе сидят старики? Обо всём давно наговорились, даже не смотрят друг на друга, но сердце одно на двоих стучит – помрёт вдруг один, на следующий день другой за ним отправится. В молчании скрыта великая сила. Оно делает дурака умным. Если человек начинает говорить, то его дурь сразу видна, а если сидит благостно в уголке, глазами мух считает, то тут и не поймёшь, мудрец он или на дуде игрец. А ещё молчание подразумевает возможность изречения слова, которое тут же расставит всё на свои места. И этого многие опасаются. Посмотришь испуганным глазком на такого молчуна и думаешь: «А вдруг он знает что-то такое, что всю нашу жизнь мигом обесценит? Скажет… и мир тут же схлопнется, как будто и не было его! Ведь наверняка есть такое слово, которое всему сразу положит конец?». И оно точно есть. Не может не быть! Ах, страшно! Но, главное, хорошо. Говорят, если пятнадцать раз пропустить «Крик» Мунка через приложение «Prisma», то человек на картине исчезнет. Некому больше кричать. Помолчит картина. Это явно неспроста. Так и представляется идеальное русское делание. Можно даже в формате политической акции. Повсюду демонстранты, крики, мегафоны и чёрные солнцезащитные очки – будто в этот хмурый день солнышко напекает. Посреди шума и гама идут русские люди. Самые обыкновенные люди, но для контраста одетые в одной цветовой гамме. Идут и молчат. Просто молчат. Организованно идут, единым и неделимым телом, но – молча. Плотная такая куча, словно одно неразделённое слово. Даже чтобы рта случайно не раскрылось. Никаких требований. Никаких транспарантов и растяжек. А зачем? И так всё понятно. А после акции всем нужно немедленно разойтись, чтобы случайно не проболтаться в интервью и не пояснить людям за «смысл». Пусть сами догадываются. Конечно, многие посмеются: «Дурни вы! Нет, чтобы общественную трибуну добывать, СМИ организовывать… а они молчат! Так всю жизнь и промолчите!». Но нужные люди смекнут, что ещё остались товарищи, которые «что-то знают». Хотя, на самом деле, никто ничего знать не будет. Просто догадается об этом молчать. Вот и вы, братцы и сестрички, почаще молчите. Можно с перерывами, один на один или в толпе. Возможно, люди подумают, что вам «что-то» известно и тоже замолчат. Тогда на планете станет чуть-чуть потише и можно будет услышать, как поют птицы или растут грибы. Немножко слащавый, но верный трюизм: когда мы замолчим, то наконец-то услышим друг друга. Достойная, в общем-то, политическая программа. Тем и спасёмся.

#ПК_публицистика