Существует байка, что Владимир Ильич Ленин придумал дадаизм. Ну, во всяком случае, дал ему название. По утверждению французского искусствоведа Доминика Ногэра дело было так: в январе 1916 года Ленин, живший в то время в Цюрихе, познакомился с видным деятелем авангарда – румынским художником Тристаном Тцарой. Однажды Тцара пригласил будущего вождя революции на своё выступление в известное кабаре «Вольтер», где располагалась ещё и выставочная площадка: на стенах висели полотна Пикассо, Маринетти, Модильяни.

Во время исполнения Тцарой, переодетого в женское платье, «танца живота», буржуазная публика оскорбилась и завопила: «Nein!». А Владимир Ильич, как следует накатив коньяка и желая поддержать художника, закричал: «Да! Да!». Тцаре это так сильно понравилось, что он тут же объявил себя дадаистом.

Входил в число дадаистов и французский художник Марсель Дюшан, известный тем, что выставлял в музеях «ready-made», или, по-другому, найденные объекты. Суть рэди-мэйда в том, что предметы созданные не с целью искусства помещаются из нехудожественного пространство в художественное, таким образом концептуализируясь, благодаря чему на них можно взглянуть с неожиданной стороны. Так, Дюшан показывал высокой художественной публике велосипедное колесо, сушилку для бутылок, перевернутый писсуар, названный им Фонтаном. Тем самым он начал в искусстве постмодерн.

Некоторые последователи Дюшана в своих провокациях шли ещё дальше. Например, в 60-х итальянский концептуалист Пьеро Мандзони, желая намекнуть на излишнюю доверчивость любителей современного искусства, законсервировал девяноста банок собственных фекалий, на которых написал: «Дерьмо художника». Впоследствии они были проданы во многие частные коллекции – цена за штуку достигала ста тысяч долларов. Сейчас известно, что некоторые баночки под воздействием скопившихся газов и коррозии взорвались. Было бы забавно погибнуть не от шрапнели, а от дерьма художника.

Но искусство, так или иначе связанное с дада, в Советском Союзе было не в чести. Куда более безобидных абстракционистов Никита Хрущев назвал пидорасами, а их выставку – говном. Однако же, в самом сердце советской России на Красной площади стоял и стоит первый и единственный музей рэди-мейда, дадаитское значение которого ускользнуло от бдительного советского ока. Музей этот называется «Мавзолеем» и там экспонируется разлагающийся на плесень и на липовый мед, но в то же время вечно живой Ленин. Чем не найденный объект? Чем не концептуально искусство? Так что в полумифической версии искусствоведа Доминика Ногэра, считающего, что Ленин придумал дада, определённо что-то есть.

#ПК_мысли